Часть 7

Спустя несколько дней после описанных событий,я получил маляву из
изолятора. Ребята обычно сообщали чего и
сколько получили в результате "десанта", и вкратце курсовали о скудных
подвальных новостях. Текст же этой был совершенно другим, и по мере
чтения, я словно бык наливался кровью. Камера, в которую посылаются
"кишки", называется "котловой." Своего рода котел, куда поступает, и
откуда затем распределяется общаковый груз. Там сидят самые
ответственные и серьезные арестанты, и случайным лицам попасть туда
невозможно. Эта камера оборудована специальными тайниками для
хранения общака. Войдя в нее посторонний человек увидит одни только
доски на полу, и голые стены. Если ему сказать, что здесь в настоящее
время находится не один десяток килограмм разного груза, как то, чая,
сигарет, продуктов питания, а так же различного необходимого для
маскировки строительного инвентаря, краски, цемента и всякого рода
железа, он не поверит. А если попытается заглянуть под пол, то
обнаружит доски плотно заколоченными. Одним словом Общак-дело крайне
серьезное. Халатность недопустима, и может стоить виновному очень и
очень дорого. Так вот,в маляве пишется о том, что утром пришел Мурат с
помощниками, и заставил всех выйти из камеры. Обычно во время обысков
все выходят в коридор, но один человек обязательно остается внутри. На
этот раз, Мурат вывел всех не в коридор, а посадил в другую пустующую
камеру. Последний, оставшийся по обыкновению, не захотел выходить, и
Мурат несколько раз ударив его, грубо вытащил наружу. После этого, в
камере подняли полы, ломами вскрыли все ямы и вытащили буквально все.
Вызвали сварщиков, и заставили наварить дополнительные прутья на
жалюзи окна. Залили пол цементом, перемешанным со стеклом, и забили
накрепко половые доски. Вобщем давление у меня было как в
огнетушителе, однако на этот раз, я ни минуты не сомневался, и четко
знал что буду сейчас делать. Тут же,не дожидаясь конца рабочего дня я
отправился на промзону, вошел к Татарину в кабинет и с ходу сказал
что мне надо срочно позвонить Игорю. Он сидел за столом склонившись
над бумагами, и молча показал на телефон. Я поднял трубку, и добавил,
что мне надо поговорить с Игорем без свидетелей.