— Я придумал, — хлопает себя по затылку Толстый, — в группо-
вой фотографии выпускников военной академии на виньетках они
у нас будут голыми по пояс, чтобы сиськи вываливались за виньетку…
Худой снимает очки, усмехается и тонким пальцем стучит по лы-
сому черепу толстого.
— Ты опять ничего не понял. Нам нужна тайна. Гиперсексуаль-
ность достигается только через тайну. Это как в высокой моде. Сара-
фаны, куча нижних юбок, оборок, рюшей не заковывают женщину
в доспехи. Одна ее обнаженная лодыжка в туфельке стимулирует муж-
ское воображение сильнее, чем самые откровенные декольте и раз-
резы. Мои, как ты выразился, предки-жиды это прекрасно понимали
и с помощью примитивных инструментов достигали желаемого ре-
зультата. Доступное не бывает привлекательным. Пошли работать.
Поднимаются. Уходят.
Офисный кабинет. Высокие светлые потолки, жалюзи на окнах.
Столы с компьютерами и телефонами, на светлых стенах рекламные
календари и проспекты.
Худой барабанит тонкими пальцами по компьютерной клавиатуре,
вытаскивает из принтера распечатанный лист, мнет и бросает в урну.
Урна уже забита скомканной бумагой, а пепельница окурками. Худой от-
кинулся на спинку кресла, сцепив пальцы на затылке. Глаза закрыты.
Входит Толстый.
— Пошли, народ собрался.
Худой поднимает глаза и потягивается.
— Много их?
— Полный вестибюль, набились, как очаковская тюлька.
Идут по коридору через вестибюль. Здесь толпятся молодые де-
вушки. Беседуют друг с другом, поправляют прически у зеркала.
Партнеры проходят в кабинет. На стене офисные часы. Стрелки
показывают 1100
. В кабинете длинный стол, обстановка напоминает
приемную комиссию в вузе.
— Поехали.
— Всех подряд или по алфавиту?
— Подряд.
Заходят девицы, что-то говорят. Меряют шляпки с вуалью. Ко-
мандует Толстый. Худой молчит и наблюдает, отворачивается к окну
и смотрит на оживленную улицу.
Двери открываются и закрываются. Девицы заходят и выходят.
Говорят, меряют шляпки, приподнимают чуть выше колена подол
платья. Стрелки часов показывают 1600
.