— Ну идея-то твоя. Кстати, она мне нравится. Может, попробуешь?
Если не получится, тогда найдем местного шелкопера какого-нибудь.
Полковник уставился своими выпуклыми девитовскими глазами
и ждет.
Мне почему-то делается беспричинно весело от такого оборота
событий.
— Лады, у меня еще неделю больничный, попробую.
— Все, домовились.
— Только у меня условия есть, Жора.
— Какие?
— Если тебе моя писанина подойдет, то ты ничего не правишь
и никаких титров.
— Ты что? Какие у меня титры?
Через два дня сценарий был готов. Еще через день отшлифован
в диалогах. Оставшееся время я «репетировал» беседу с Полковником
после того, как он его прочтет. Последствия в моем воображении ри-
совались самые разные: от полного и окончательного разрыва до удо-
влетворенного хмыканья заказчика.
В сценарии — турпоход. Эпатажная жизнь Полковника в южном
провинциальном городе.
Назывался мой опус непонятно, с претензией на чистое искусство.
Прошло уже два года, а мне до сих пор в нем нравится только название.
Совсем нормальное название. С образовательным уклоном такое.
Невклидова семейка
(Рабочий сценарий к фильму)
Мелькают черно-белые кадры хроники начала века, музыка расстро-
енного рояля сопровождает изображение.
На экране городская улица, замощенная булыжником. Здания — про-
винциальный ампир. Быстродвигающиеся фигурки людей. Мужчины в ко-
телках с тросточками, дамы в шляпках с летними зонтиками. Церемон-
но приподнимают шляпы, кокетливые взгляды из-под вуали и зонтов.
Крупным планом вращающаяся дверь и стеклянная витрина. Выве-
ска — «Фотография Баума».
Внутри фотограф с «Лейкой» меняет в аппарате пластины и одно-
временно рассаживает людей в комнате.
Их двое. Мужчина в общевойсковом унтер-офицерском мундире.
Женщина в нижнем белье. Черные туфли-лодочки, белые панталоны