Никогда не бывал в турпоходах. Говорят, это очень романтично.
И еще говорят, что лучшие качества проявляются в турпоходах. Про-
падает эгоизм. Начинаешь любить других больше, чем самого себя.
Может быть, может быть…
Есть другое мнение. В турпоходе любишь других, чтобы сублими-
ровать любовь к себе. Все равно, кроме тебя самого, тебя, любимого,
сильней никто не полюбит. В турпоходе степень любви к ближнему —
показатель собственного эгоцентризма. Ты любишь свою любовь к со-
товарищам и начинаешь любить себя за это.
Создаешь модельные ситуации, кого-то спасаешь, о ком-то забо-
тишься и… начинаешь торчать на этом. Это как таблетки. Подсажива-
ешься на человеколюбие.
«Если друг оказался вдруг, и не друг, и не враг, а так…» — вранье
все это. Глубоко в подкорке турпоход — это изощренный эгоцентризм.
Это эгоманьячество. Любить себя за свою любовь к другим? Ханже-
ство это? Религиозная потребность? Примитивное подвижничество?
Возможно, возможно…
Самое главное в этой любви не раствориться. Когда в ней раство-
ряешься, исчезает здоровая отстраненность от реальности. Превраща-
ешься в зомбируемого индивида. У Гомера, соратники Одиссея, рас-
творенные в любви становятся свиньями.
Хорошая метафора. Хорошая. Совсем хорошая.
Глубоко спрятанный эгоизм в турпоходе — последний бастион,
где сохраняется твое душевное здоровье, твое Я, твоя неповторимость.
Это круче, чем театр, где через вранье постигается действительность.
Это особый мир, где через ложь познаешь самого себя.
Итак, в турпоход!